Америка

1992-й год. Зима.
Генератором, и идейным вдохновителем "свала" был Женя и только он. Его жена - Кира и Женькина мама упирались до последнего.
Но Женя их все-таки продавил:
- Мама, ну чего мы тут будем тухнуть? Тебе еще не надоел этот гребаный совок? А ты, Кира, кому тут нужна со своей консерваторией? В переходах петь? И это еще в лучшем случае, если с бандюками договоришься. А я - молодой здоровый, а ни работы, ни перспектив. Ну имею диплом, и че? На стенку его повесить и пойти шавермой торговать? Жизнь одна, родные мои и прожить ее нужно в Америке и только в ней... Кира, разуй глаза, посмотри сколько стоят дерматиновые сапоги для тебя? Про себя я уже молчу. Да ты просто попробуй вспомнить - какая у тебя была последняя радость в жизни? Ну?
Кира:
- Радость? Вообще?
Женя:
- Не можешь? Так я помогу - последняя твоя радость - это когда ты наконец, спустя неделю нашла свою любимую потерянную перчатку. Правда, оставшуюся, ты с горя успела выбросить, но это мелочи, зато радость - так радость. И других радостей у тебя не предвидится...

Кира горько заплакала.

Но как ни плакали Кира с мамой, а дела в стране и правда шли все хуже и перспектив на горизонте никаких. Еда потихоньку становилась предметом роскоши, далеко не первой необходимости и нищие просящие на хлеб, выглядели самонадеянными и оторванными от реальности фантазерами...
Нужно было "валить".

И вот курсы английского и полгода ежедневных визовых стояний позади. Жилье продано, мебель роздана, вещи собраны, билеты куплены.
Последняя тревожная ночь в холодной питерской гостинице. Просто не хотели напрягать друзей. Им ведь нужно еще улыбаться за гостеприимство, а улыбаться никак не хотелось, все-таки последняя ночь в родном городе.
Мама и Кира как в воду опущенные, а Женя наоборот, в радостном возбуждении:
- Давайте спать. Подъем в шесть. Ну чего вы накуксились? Через какие-то восемь часов мы навсегда покинем эту помойку и уже завтра окажемся в самой великой стране мира - в Америке!!! Все, я спать, а вы как хотите. Спокойной ночи.

Маме не спалось, она вспоминала всю свою длинную жизнь, которая внезапно скукожилась до трех сумок и чемодана и зачем-то принялась судорожно соображать, как по-английски будет - "Извините, не могли бы Вы мне помочь? Я заблудилась..."
Кира сидела рядом, в обнимку с маленьким кассетником и тихонько слушала музыку... Вспомнила о том, что вот здесь - http://www.tytto.ru/joomla.html можно узнать о лучших компонентах для Joomla.

... Пулково, таможня, самолет, синий океан внизу, улыбчивая стюардесса - девушка с обложки, посадка и чуть пряный, незнакомый запах Америки ворвавшийся в открывшуюся дверь самолета.
Ура!!! Вот она свобода! Америка!
Таможня, плотная и раздраженная толпа земляков.
Наконец подходит очередь, чернокожий таможенник что-то спрашивает и Жене впритык хватает курсов английского, чтобы понять его и что-то ответить. Дробно щелкают клавиши компьютера, вдруг за спиной кто-то из наших, задает Жене невинный вопрос:
- Парень, а ты сколько там, дома людей убил?
Женя:
- В каком смысле убил? Никого я не убивал...
- Как не убивал? А почему тогда тебя ищут? И за что ты во всесоюзном розыске?
- Да ни в каком я не в розыске. Вы что?
Тут вся толпа сначала удивленно притихла, повернулась и вдруг взорвалась криками и проклятиями:
- Вот же идиот! Мы все дома под "вышкой" ходили, потому и бросили все и приехали в эту задницу! У нас другого выхода не было. А тебя, паскуду никто не ищет, а ты, придурок, кинул родной Ленинград, своих друзей, и ради чего? Чтоб ты издох, Иуда! Бывают же дебилы!? В Америку он приперся! Легкой жизни захотелось?! Дурашка, да каждый из нас бы на твоем месте, тут же обратно в плавь бросился, что бы доплыть бы к родному дому, доплыть бы хотя б когда-нибудь!!!

...Нагло и требовательно зазвенел будильник, Женя вскочил весь в слезах, обнял Киру с мамой и затараторил:
- Простите меня, но мы никуда не летим. Я не смогу без Питера. Живы будем - не помрем.

С тех пор прошло много лет. Они и вправду не померли. Женя подался в типографский бизнес и вскоре стал королем бесплатных календариков, а это, как и все бесплатное, приносит хороший доход.
В Нью-йорках и Лондонах они побывали по многу раз и никогда не пожалели, что остались дома...
Кира призналась, что тогда всю ночь перед несостоявшимся отъездом слушала и перематывала на начало одну и ту же песню:
- Я прошу, хоть не надолго,
Боль моя, ты покинь меня...


И вот уже не один десяток лет Женя в долгу перед Кобзоном за тот восхитительный сон, ну и конечно же перед Таривердиевым тоже, за то, что сон был таким ослепительно цветным и реалистичным...