Трололо

Интернет сыграл со мной злую шутку. Проведя на тролло-форумах около двух месяцев я освоил все навыки пуканобомба у нюфов и моралфагов, от тонких подсеров до крупных уничтожений с помощью подходящего материала. Возомнив себя королём троллей я чувствовал абсолютную власть и зуд заднего прохода у всех посетителей сайта.
Так вот к чему я всё это веду? А как обычно к тому, что я ебанутый. Но обо всём по порядку. В общем, дело было так.

Обычным выходным днём, когда батя сидел возле телевизора и слегка побухивал охоту, я как ни в чём не бывало, вышел из своей комнаты, предварительно взяв с собой металлоискатель.
- Батя, - говорю, - ты пойдёшь в толкан?
Батя немного поелозил жопой и задумчиво почесав бошку, ответил:
- Нет.
- Пидора ответ, - сказал я и отправился как ни в чем не бывало в сортир, но на пол пути понял, что я сейчас навторил и повернулся, чтобы объяснить, что мол я хотел сказать не то, где и встретил старый добрый батин кулак.

Развернувшись на 180 градусов я встретил своим ебальником стену и довольно похрюкивая, обнял её. А сзади на меня уже сыпались очередные отпиздюлины, которые по большей части попадали мне в голову.
- Совсем обалдел, такое отцу говорить, а? - кричал в гневе батя.
- Хуй на! - снова выпалил я, и тут же пугливо прикрыл себе рот.
- Ну всё, ты сам напросился, - сказал угрожающе батя.
- Мамку твою ипал! - кричал я, и уже сам себя пиздил за то что не мог остановиться.
Батька всё больше и больше наливался краской и казалось что вот сейчас у него бомбанёт. Я то понимал, что этого ни в коем случае нельзя допускать, а вот тролль внутри меня хотел, как раз, всё наоборот.
- Батя, батя, вкусный хуй сосёт неглядя, - снова вывалилось из меня.
Бедный разгневанный батёк носился по квартире и искал свой кожанный ремень со времён флота, зажимая в одной руке меня, а в другой мой металлоискатель.
- Я боше не буду, отвечаю тебе, лолка! - кричал я, пытаясь вырваться из батиной хватки.
- Сейчас я тебе покажу - лолка! Да где же мой ремень?
- Батя, не надо! Я никогда больше не буду срать тебе в тапки, никогда не буду бить тебя залупой по лбу, пока ты спишь, не буду ложить тебе в трусы крапиву, - всё орал я, пиная всё, что мне попадалось под ноги, в основном кота.
И тут случилось то, что меня заставило поверить в существование повелителя туалетных ёршиков, которому я поклонялся. Батя вдруг остановился, отпустил меня и строго посмотрев, сказал:
- Ну, дебил, повезло тебе сегодня, лень мне с тобой возиться. Лучше принеси мне пиваса.
Я весь напрягся, стал колотить себя по еблету и, рыдая, пискливым голосом произнёс:
- Слова пидараса.

Такого бомбилава я не видел никогда. Батя орал, рвал на себе лысину, прыгал по квартире через мамкин обруч, тряс пузом и хуярил кулаками во все стороны, вследствие чего уложил в нокаут пальму и пару раз уебашил мне. После всего этого фейерверка жопной боли батёк запихал мне в задницу кактус, который я планировал себе засунуть только в четверг, и в конце концов, закрыл меня в кладовой, куда предварительно напердел. Хуже наказания я ещё не нюхал, но мысли о том, что всё могло закончиться гораздо хуже, меня радовали. Зато из всего этого я извлёк очень важную истину: язык наш - вещь очень острая и может ранить человека больно в душу, не стоит забывать, что все мы люди и должны общаться как люди. Так что завтра пойду бабок у подъезда траллеть. Азаза.