Офицерское пирожное

- Деда! А у нас нет ничего сладенького? Ну там пирожок какой? - спросил маленький Данилка. Его глаза были похожи на вечно грустный взгляд собаки, преданно смотрящей на хозяина, в надежде получить со стола кусочек вкусности.

Владимир Васильевич грустно посмотрел на внука. Холодильник времен брежневской эпохи представлял собой стандартную невеселую картину: граммов двести докторской колбасы, консервы и банка варенья, оставленная до праздников.

Он вспомнил службу в Венгрии. Какие там были пирожные! Туда бы сейчас Данилку. И заказать в симпатичной, уютной кофейне, спрятанной на маленькой улочке Будапешта их знаменитое шоколадное пирожное Риго Янчи с чашечкой ароматного кофе.

- Данилка! - в глазах Владимира Васильевича заиграли озорные огоньки, - А ты кем будешь, когда станешь взрослым? - спросил он.
- Военным! - важно ответил Данилка.
- Тогда тебе нужно попробовать настоящее Военное Пирожное! - сказал Владимир Васильевич, доставая кусок черного и белого хлеба, масло и сахарницу.

- Сейчас мы будем кушать настоящее Военное Пирожное! Ты кем будешь - солдатом или офицером? - спросил он внука.
- Офицером! - радостно отозвался Данилка. Было видно, что игра так увлекла паренька, что он позабыл о своих гастрономических пристрастиях.
- Значит мы будем готовить Офицерское Пирожное! - ответил Дед намазывая кусок белого хлеба маслом и посыпая его сахаром.
- Вот тебе настоящее Офицерское Пирожное! От отставного офицера Армии! - Дед протянул Данилке кусок белого хлеба с маслом и сахаром.

Данилка радостно заработал челюстями, представляя себя в военном мундире, увешанным медалями. Как у деда. Он кушал самое вкусное пирожное в мире. Настоящее. Офицерское...

- Папа! - голос маленького Славика, вырвал из пелены воспоминаний его отца Данилу Александровича.

Данила Александрович вспоминал детство и деда. Отеца Данила почти что не помнил. Отец перестал появляться, когда ему было 4 года. Все воспитание по мужской части взял на себя дед, подаривший Даниле Алексанровичу прекрасное детство.

Без айфонов, айподов, видео приставок и ДиВиДи проигрывателей. Но это было настоящее креативное детство.

- Папа! - ныл сын Данилы Александровича, - Папа! Почему ты купил мне бейгл не плейн, как я просил, а с Сесами семечками! - коверкая русские слова, переходя на английский язык спрашивал он.
- А крим чиз? Я же просил тебя купить мне Веджетбл крим Чиз. А ты купил Салмон крим чиз, который я не ем - продолжал ныть Славик.

Данила Александрович схватился за голову. Что, теперь бежать в местную бруклинскую лавку за бубликом и плавленым сырком? До чего же поменялись дети в новом веке, в новой стране! У них есть все. Все, что они пожелают. У них есть такие вещи, которые казались поколению Данилы Александровича волшебством. Вымыслом. Он прекрасно помнил, как одна девочка рассказывала в его дворе, что существуют такие целые маленькие игрушечные квартиры, размером с коробку от телевизора, в которых живут куклы. Она долгое время жила с семьей в Германии. Девочку побили ее же подруги, за то что она врала и выдумывала. Что интересно сейчас думают те девочки, ставшие уже мамами? Врала та бедняга или нет? Дети сейчас стали до невозможности капризными. Все им не то! Принес другой бублик и не тот плавленый сыр и чадо отказывается это есть. А раньше? Раньше дети радовались любой вещи. Даже кусок белого хлеба с маслом и сахаром поверху был за радость...

Секундочку!

- Славик! - Данила подвинулся к сыну, - Ты, когда будешь взрослым, кем хочешь стать? - спросил он сына.
- Военным! - заинтересованно ответил тот.
- Тогда мы сейчас будем готовить настоящее Военное Пирожное! - объявил папа, доставая кусок белого и черного хлеба, сливочное масло и сахар.
- Ты будешь солдатом или офицером? - спросил он.
- Офицером! - радостно ответил Славик. Глаза его блестели.
- Отлично! Сейчас мы будем готовить Офицерское Пирожное - сказал Данила Александрович намазывая ломоть белого хлеба маслом и посыпая его сахаром.
- Вот тебе Настоящее Офицерское Пирожное, которое готовил мой Дед. Офицер Армии - сказал Данила Александрович, протягивая кусок белого хлеба Ребенок радостно зажевал хлеб с маслом, фантазируя и представляя себя взрослым.

Данила Александрович смотрел на сына, вспоминая себя в его возрасте. Мимо него, как мотылек, пролетело беззаботное и счастливое детство, которое быстро сгорело под лучами горячей лампы под названием Жизнь.