Перейти линию фронта, угнать командирский танк, вернуться обратно

Знойным летом июля 1943 года, группе Закревского поручили ответственное задание: приблизиться к линии фронта и взять "языка". Получив приказ, Дмитрий, со своей группой из 12 человек начали подготовку, чтобы выйти на задание ночью.                                    




Погода в ту ночь была ужасная: было холодно, пасмурно, да ещё и дождь моросил. Приблизившись к линии фронта, где обычно работали ремотно-аварийные команды немцев, было решено продвигаться дальше, так как в эту ночь здесь не оказалось никого.    


Пройдя несколько километров от нейтральной полосы, группа разведчиков заметила странное свечение прямо в гуще зелени. Подойдя поближе, они рассмотрели замаскированный брезентом танк "Пантера"    


На фото видно, что это была не "Пантера", а Т-4 (PZ.4), потому что орудие было 75 мм, но при этом коротким. Но советские солдаты не знали, что у немцев есть такие пушки на Т-4, да и "Пантера" звучало круче какого-то Т-4. Поэтому в донесении, представляющем к награждению, было указано, что это был новый немецкий танк "Пантера". Хотя на фото видно, что это PZ.4 с короткой, 75 мм пушкой. Но, всё же, мы будем называть ей "Пантерой", как это пишется в официальных документах.
Удивлению Закревского не было предела: танк, ночью, да ещё и посреди поля, всего лишь прикрытый брезентом, стоит в кустах, прямо перед ними. Да не какой-нибудь танк, а сама "Пантера".
Приблизившись к танку, группа поняла, что танк без экипажа, но при этом, с горящим внутри светом. Принято было осмотреть танк.
Забравшись внутрь "Пантеры", они увидели столик, на котором беспорядочно лежали документы.
Как оказалось, это был штабной командирский танк. В нём находилась папка с секретными документами: картой наступления, запланированными боевыми операциями и письменными приказами.    


Так как в разведгруппе был танкист Пётр Косик, он осмотрел машину и попытался разобраться с управлением. Остальные бойцы остались снаружи и организовали оборону. Петру не только удалось завести вражескую машину, но и достаточно умело ей управлять.
Как только танк завёлся и зарокотал мотор, послышались обеспокоенные голоса нацистов и началась беспорядочная стрельба. Наши бойцы из засады открыли огонь по выбегающим непонятно откуда немцам.
И тут началось: взрывы, выстрелы, гранаты, летящие то с одной, то с другой стороны. Миномётный огонь накрыл предыдущую позицию разведчиков, но они уже давно её сменили.
А танк всё продвигался. Помимо миномётов, в бой ввязалась артиллерия и самолёты. Впрочем, ночью, когда ничего не видно, да ещё и моросит дождь, от самолётов нет никакой пользы.    


Спустя несколько минут боя, разведчики взобрались на броню и отстреливались оттуда. Танк проехал несколько километров по направлению к линии фронта и преследование прекратилось.
Приблизившись к нашим позициям, часть разведчиков опередила танк и побежала вперёд его, чтобы предупредить своих о прибытии трофея. Но не доезжая 400 метров до части, танк заглох. Пришлось занимать оборону и бежать за тягачом.    


Сказать, что командование и бойцы части были в шоке - ничего не сказать. Группа Закревского пошла за языком, а вернулась с командирским танком, да ещё и с секретными документами.
Каждого участника отряда наградили за проявленное мужество и доблесть, орденом Красной Звезды. А командира группы, Закревского, и Петра Косика, погибшего при выполнении задания, наградили орденом Красного Знамени.