Любовь и травмы

Пахомов стригся у Лены уже полтора года.
Примерно раз в три недели он звонил в парикмахерскую, записывался на вечер, и, выйдя из своего офиса, шел в соседний дом, где и располагался этот, как теперь принято выражаться, салон.
Лена была молодая для хорошей мастерицы. Но работала отлично. Они болтали о всякой всячине. Пахомов был архитектором. Она спрашивала: "А как называется стиль нашего зала?" Он серьезно говорил: "Рококо в смеси с ампиром, с элементами модерна", хотя на самом деле это был стиль "бордель на вокзале", но зачем же обижать? "Приятно поговорить с интеллигентным человеком", - улыбалась Лена. У нее были хорошие руки. Она была красивая.
Вот, собственно, и всё о ней.

Хотя нет, не всё.
Один раз Пахомов пришел на презентацию к одному приятелю и увидел там Лену. Она его тоже увидела. Оба удивились. Пахомов всегда ее видел в брюках и фартуке, а сейчас она была в платье на лямочках, с голой спиной. А она всегда его видела в старом твидовом пиджаке и джинсах, а сейчас он был в шелковом костюме, шарфе и больших очках в клетчатой оправе.
Она ему улыбнулась и кивнула, и он улыбнулся, кивнул и подошел поздороваться - "О, Лена, как дела?" "Хорошо, спасибо, а у вас?" - но не успел ответить, как у него дела, потому что рядом тут же вырос крупный парень и недовольно сказал: "Здрасьте".
- Пахомов, - сказал Пахомов и протянул ему руку.
Тот пробурчал свою фамилию и спросил:
- А вы что, давно знакомы?

Пахомов вдруг увидел, что Лена, отступив на шаг, делает страшные глаза и мотает головой.
- Не помню, - сказал Пахомов. - Да и какая разница? Простите... - и он отошел к группе своих приятелей.

Но потом, на выходе, уже на улице, этот парень снова заступил ему дорогу.
- Ленку я домой отправил, - сказал он. - А ты мне все-таки скажи, где ты с ней познакомился.
- Нет, не скажу.
- Скажешь!
- Дай пройти, - сказал Пахомов и почувствовал удар по голове откуда-то сзади.

Через неделю Пахомов снова пришел стричься.
- Любой труд почетен, - сказал он. - Вас в школе не учили? Зачем скрывать?
- Он такой интеллигентный молодой человек. Журналист с телевидения. Мне вдруг стыдно стало. Понимаю, что глупо, но все равно стыдно. Тем более что он намекал на серьезные отношения...
- Тем более! - сказал Пахомов. - Все равно пришлось бы признаться.
- Да, но потом! Сняли бы квартиру. Познакомилась бы с его родителями. Он бы сделал предложение. И вот тогда. И ему было бы неудобно отказываться.
- Не знаете вы интеллигентных людей. Им все удобно... - и вдруг громко охнул, потому что Лена задела едва зажившую ссадину на затылке.
- Что это у вас?
- Ваш кавалер меня обеспечил... - сказал Пахомов. - Не сам, а его дружок. Ничего. Тележурналисты, они привыкли в паре работать. С оператором. Кстати. Он вам звонил после этого?
- Позвонил утром, сказал, что уезжает в командировку.
Пахомов рассмеялся:
- Он еще полгода будет по командировкам ездить. И не будет вам изменять, гарантирую. Я в армии служил в одном очень интеллигентном подразделении...
Лена долго молчала. Потом сказала:
- Это все из-за меня. Простите.
- Ничего, - сказал Пахомов.
Она долго его стригла, а потом нагнулась и тихо сказала:
- Я очень виновата, да. Если можно... в смысле, если вы хотите, я могу прийти, куда вы скажете. Один раз.
Пахомов молчал три секунды. В уме сосчитал. И сказал:
- Нельзя. В смысле - не хочу.

clear-text